Ко времени описываемых событий драконы уже стали  редкостью  на острове. Вот уже много лет в Среднем Королевстве Августа  Бонифация не встречали ни одного дракона. Конечно, к западу и к северу  попадались топкие болота и ненаселенные горы, но они  находились  очень далеко. Некогда в тех местах обитало множество разных  драконов, и они делали дальние набеги. Но в те времена среднее королевство славилось отвагой королевских рыцарей, и было убито и ранено так много странствующих драконов, что остальные перестали летать в  том  направлении.

    Еще остался обычай подавать королю драконий хвост на рождественский обед(*); ежегодно выбирали рыцаря для охоты на дракона. Предполагалось, что в день Святого Николая он отправлялся на  охоту(*), а к рождеству возвращался с драконьим хвостом. Но уже много лет королевский повар готовил к рождеству поддельный драконий хвост: огромный торт из тертого миндаля с чешуей из жженого сахара. Под  музыку скрипок и труб избранный рыцарь  относил  торт  в  праздничный зал. Поддельный драконий хвост съедали на сладкое после рождественского обеда, и все уверяли (чтобы сделать приятное повару), что  на вкус он лучше настоящего.

    Так обстояло дело, когда снова появился настоящий дракон. И все из-за того великана. После своего приключения он частенько разгуливал по горам, навещая живущих в разных местах  родственников, -  гораздо чаще, чем обычно, и много чаще, чем им этого хотелось. Дело в том, что он все пытался одолжить у кого-нибудь большой  медный  котел. Удавалось ему это или нет, но он усаживался и нескладно и нудно рассказывал о прекрасной стране, лежащей далеко  на  востоке, и обо всех чудесах большого мира. Он ведь воображал себя великаном  и отважным путешественником.

  - Прекрасная местность, - говорил он, - земля ровная, почва мягкая, массу еды можно раздобыть: повсюду, знаете ли, коровы да овцы, заметить их легко, если глядеть хорошенько.

  - А как насчет людей? - спрашивали его.

  - Ни одного я не видел, - отвечал он. - Ни одного рыцаря там не видать и не слыхать, дорогие мои. Только возле реки какие-то мухи водятся - ужасно больно жалятся.

  - Что же ты туда не вернешься? - удивлялись родственники. - Там  бы и остался!

  - Недаром ведь говорится, что лучше всего дома, - отвечал он. -  Но я, возможно, туда схожу, если будет настроение. Во  всяком  случае, я-то уж там побывал - этим ведь не каждый может похвастаться. А вот медный котел...

  - Так где же они, эти богатые земли, - поспешно спрашивали  у  него, - где чудесные поля, изобилующие скотом, который никто не сторожит? Далеко ли?

  - Да, к востоку, - отвечал он, - вернее к юго-востоку. Но добираться долго.

    И тут же он давал такой преувеличенный отчет о пройденном тогда расстоянии, о преодоленных лесах, горах и лугах, что ни одному  великану не хотелось отправляться в путь: ведь ни у кого не было  таких длинных ног. Но слухи распространялись.

    После теплого лета наступила суровая зима. В горах стояли сильные морозы, с едой стало плохо. Разговоры стали громче. Вспоминали овец и коров, пасущихся на  сочных  пастбищах. Драконы  навострили уши. Они хотели есть, а слухи были заманчивы.

  - Значит, рыцари - существа мифические, - рассуждали  молодые  неопытные драконы. - Мы всегда так и думали.

  - Во всяком случае, попадаются они, вероятно  редко, -  рассуждали старые и мудрые, - они далеко, их мало и нечего их бояться.

    Особенно подействовали слухи на одного дракона. Звали его  Хризофилакс Дайвз(*), так как он принадлежал к древнему царскому  роду и был очень богат. Он был хитер, любопытен, жаден, отлично вооружен и не очень храбр. Однако он ничуть не боялся насекомых любых размеров и видов, кроме того, он был ужасно голоден.

    Так что в один прекрасный зимний день, примерно  за  неделю  до рождества, Хризофилакс расправил крылья и пустился  в  путь.